ФОРУМ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ФОРУМ » Арт - студия » Кабинет Ривальдо


Кабинет Ривальдо

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Этой мой рабочий кабинет, тут я буду выкладывать свои зарисовки, рассказы и прочие творения.....А ваше дело читать и по возможности комментировать..... :wub:

0

2

Ждем творений и готовим конструктивную критику... ;)

0

3

Это как бы эпилог к целому ряду произведений.....

Взято из одного моего детского рассказа....

Зло - Солнце,
Добро - Тьма,
Свет - Нега,
Жестокость - Мечта,
Веселье - было,
А горе - явь,
Жизнь - наказание,
А смерть - это блажь

0

4

Ну вот один из моих любимых рассказов!!!

СОВЕСТЬ

Луна серебрила воды тихой реки, что впадает в Красное море, величайший водоём Средиземья… Кайл, где же ты? – юная леприкониха тревожно вглядывалась в чарующую гладь реки. Её брата с самого утра не было дома, и мать со старшими детьми с ног сбились, разыскивая юнца.
- Кайл, это не смешно. Мама плачет – боится, что ты мог угодить в лапы дракона. Ну, где ты? Отец сказал, что не будет тебя наказывать, лишь бы ты вернулся домой поскорее.
От безуспешности своих поисков и от гнетущих её подозрений юная Флора присела на высокий берег Ржавой реки и, обхватив коленки своими худенькими ручонками, разрыдалась.
В то время как вся его семья с ног сбилась, разыскивая сорванца, Кайл уходил всё глубже и глубже в дебри Дремучих Лесов. Он преследовал нюхлера, видимо шпионившего за их деревней, когда Кайл его заметил. Нюхлеры – маленький народец, который славится своим коварством и жестокостью. С виду они напоминают ежей, только бегают очень быстро, да и передвигаются на двух лапах. У них маленькие и злобные человеческие лица, и они сплошь покрыты острыми как бритва и ядовитыми колючками. Обитают нюхлеры только в Дремучих Лесах так, как дневной свет для них губителен. Эти злобные твари просто прекрасные шпионы. Так вот этот нюхлер, а звали его Хрпыр – у всех нюхлеров такие сложные имена – выполнил свою миссию – привлёк к себе внимание глупого лепрекона. И теперь он спешил на Хихикающую Поляну – место наибольшего скопления нюхлеров. Конечно, он и сам расправился бы с лепреконом, если бы мог, но он был для этого слишком мал. Нюхлеры как пираньи нападают только стаей. Итак, малыш Кайл спешил за вражеским лазутчиком, когда впереди замаячил небольшой просвет – то была неведомая Хихикающая Поляна, залитая светом полной луны. Хрпыр вышел на середину поляны и Кайл последовал его примеру. Он подошёл к нюхлеру очень осторожно и схватил его за иголки. В то же момент он почувствовал, как кровь прилила к голове мощным потоком, и он потерял сознание. А над обездвиженным врагом начали собираться нюхлеры, как стервятники над падалью. И когда казалось, что ничто уже не помешает нюхлерам расправится со своей долгожданной добычей, послышалось ржание лошади и топот копыт. Нюхлеры навострили уши, закрутили головами и злобно заурчали – они были разгневаны тем, что кто-то помешал им начать трапезу. Но вот на поляну из чащи выехал всадник. Он был весь в доспехах, которые ослепительно блистали при свете луны. Ослеплённые этим божественным сиянием нюхлеры стали разбегаться кто куда, а голос чужака настигал и разил их:
- Я Бертран, рыцарь его величества Рэндальфа, повелителя эльфов. Я несу ночной дозор и не позволю никому обижать беззащитных лепреконов.
Когда последний нюхлер злобно выкрикивая что-то в адрес незнакомца, скрылся в чаще, Бертран спешил своего скакуна и, подняв маленького лепрекона, водрузил его впереди себя на лошадь. Затем он ускакал в ночь…
Очнувшись Кайл, заметил, что он лежит поперёк спины лошади, а сам всадник приветливо ему улыбается.
- Привет малыш, как ты себя чувствуешь? – спросил он, всё ещё продолжая улыбаться.
- Спасибо, хорошо, - ответил лепрекон поудобнее усаживаясь на скакуне, затем он потёр свои бока и произнёс: - наверное, хорошо, хотя я не уверен.
- Да яд нюхлеров очень неприятен, хотя и не смертелен.
- Яд кого? – переспросил ошарашенный Кайл.
- Нюхлеров. А что ты о них никогда ничего не слышал?
- Нет. Впервые слышу от вас.
- Видишь ли, нюхлеры – маленький народец, который славится своим коварством и жестокостью. С виду они напоминают ежей, только бегают очень быстро, да и передвигаются на двух лапах. У них маленькие и злобные человеческие лица, и они сплошь покрыты острыми как бритва и ядовитыми колючками.
- Ой, спасибо сэр, что рассказали мне. Впредь буду осторожнее, - пообещал юный лепрекон.
- Ну а теперь малыш поведай мне, как ты оказался на хихикающей поляне?
- Оказался где? – переспросил озадаченный Кайл, - а это наверно место скопления этих самых нюхлеров, правда, ведь?
- Да это так. Так как же ты туда попал? - Бертран был явно озадачен.
- Я это, вместе с братьями и сестрами собирал в лесу ягоды когда вдруг заметил какой-то силуэт меж деревьев…Тогда я поставил корзину и последовал за шпионом…Потом я решил схватить его…ну а дальше вы всё знаете сами, - скомкал концовку своего повествования лепрекон…

Так, ехав во дворец Рэндальфа Мудрого, мирно беседовали меж собой лепрекон и эльф…Они не знали о поджидающей их опасности…
Они въехали в Дариево ущелье и, забыв об осторожности, начали громко петь смеяться…Обвал в горах – нет ничего страшнее него. Все путники знают что в горах лучше не шуметь…Знали об этом и Бертран с Кайлом, но одному вскружила голову радость обретённого слушателя, а другому вновь обретённая жизнь и они позабыли обо всём…Хотя не стоило им этого делать…
От первого обвала весельчаков спас конь Бертрана. Он был на редкость сообразителен и проворен, поэтому-то он и был одним из лучших коней Средиземья…
Грохот камней привёл путников в чувство и Кайл закричал от страха когда увидел всю мощь обвала…
Упавшие камни преградили выход из ущелья поэтому о том чтобы и дальше продвигаться на лошади не было и речи…Бертран и его спутник спешились и пошли рядом с конём, то и дело перепрыгивая через ямины и ухабины…
Внезапно конь видимо почуяв что-то всхрапнул и вырвал узду из рук своего хозяина…Обезумевшее от страха существо рвануло вперёд и почти сразу провалилось в почти невидимую расселину между камней…Само животное выбраться не могло и Бертран с Кайлом принялись ему помогать…Опасность второго обвала первым заметил Кайл… Он закричал Бертрану что пора уходить, что коню они уже не смогут помочь, а вот сами ещё успеют спастись…Бертран не верил своим ушам: оставить своего самого лучшего друга здесь на верную смерть…
Животное металось в расселине как полоумное, но обе задние ноги крепко застряли меж камней так, что не было никакой возможности их вытащить…
Казалось лошадь всё поняла…Она смотрела с осуждением и с некоторой мольбой во взгляде на Бертрана – животное не верило, что человек вот так просто способен предать многолетнюю дружбу из-за того, что ему самому угрожает опасность.…По морде коня текли слёзы…Он притих ожидая своей участи…
Бертран внял мольбам Кайла и отвернувшись от своего лучшего друга-лошади стал выбираться из расселины…
И когда он уже был на краю, то обернулся и бросил взгляд на несчастное животное и тогда на миг, всего лишь на короткий миг глаза человека и лошади встретились…И Бертран чуть не задохнулся от удивления…В глазах брошенного им существа он не прочитал никакого презрения, лошадь не считала его предателем, она просто не понимала, почему Бертран уходит, оставляя её одну…Она терялась в догадках.… Быть может ему одному не справиться, и он пошёл за подмогой…? Нет, он бросил её…Бедное существо…по глазам Бертрана лошадь, наконец, поняла, что хозяин уже не вернётся никогда …Тогда бедное животное в последний раз издало ржание и его накрыла каменная лавина…
По вершине горного хребта широким шагом шёл человек, да это был уже человек, потому что эльф не способен на такой поступок…Он прижимал к груди маленького искусителя…лепрекона…Яростный ветер сушил совестливые слёзы…Да теперь-то он понял, что обратной дороги НЕТ.

"Грустная сказка.
Да, только человек способен предать.
Но ведь только Человек способен умереть за Друга!
Ад и Рай - это две половинки души!(с)"
/Алёнка/ - Форум Друзей......Это первый отклик на моё творчество...... blush.gif

0

5

Вольф

.....Посвящается моему знакомому Ротвейлеру.....

С Раннего детства я рос спортивным ребёнком и до сумасшедствия любил футбол, мог играть в него часами, наравне с этим увлечением 9 лет занимался вольной борьбой. Летом я редко сидел дома - много гулял, бегал в соседний двор к друзьям - девушки меня не интересовали. Родители никогда не разрешали заводить дома питомцев, да и надо сказать, времени для ухода за ними у меня не оставалось.
В годы учёбы в школе, а потом и в университете за уроками забывал всё, порой даже на ужин не хватало времени. Тогда я доставал из морозилки котлеты, разогревал их в микроволновке и, шёлкая спортивные каналы по ТВ, ел в прикуску с чёрным хлебом.
Мой друг Сашка всегда был бесшабашным и немного чудным, только ему могло прийти в голову, подарить мне собаку на двадцатипятилетие. У него была привычка, хотя почему была, со временем она в нём только укоренилась, и надо сказать я ему за это благодарен. Он всегда поздравылял меня в день моего рождения в одно и то же время - шесть часов утра. В тот невероятно солнечный и тёплый осенний день, а вернее в то уцтро, он заявился ко мне с каким-то скулящим косолапым чудом. Как позднее выяснилось, это был совсем маленький щенок ротвейлера. Я безучастно посмотрел на собаку и спросил:
- И на что он мне?
Сашка улыбнулся своей озорной, обезоруживающей улыбкой и ответил:
- Ты только не подумай, он самый что ни на есть породистый - родители истиные чемпионы. Здоровенная будет псина - настоящий охранник.
Я присел на корточки перед щенком и заглянул в его карие с тёмно-жёлтой окантовкой необычайной глубины глаза. Щенок был неказистый и я сомневался в его родовитости, да к тому же, пока мы болтали, он напустил на мой коврик больщую лужу. "Ну что ж дарёному коню в зубы не смотрят. Так вроде бы говорится, ну и быть тебе тогда Вольфом", - подумал я.

Через год я понял, что не ошибся с выбором имени - Вольф вырос и превратился в прекрасного пса. Примерно в пять месяцев я отвёл его в собаководческий клуб - и он пройдя все тесты, тренеровки и экзамены вышел из этого клуба с отличием. А потом были выставки, турниры, показательные выступления. Следующих три года слились для меня в одну сплошную прямую. Я влюбился в свою собаку, я положил на алтарь его успеха массу своих душевных сил.
Как выстовочная собака он был безупречен, как будто где-то там, у него в мозгу был заложен особый механизм, помогавший ему везде и всбду становиться первым. Правда часто случались досадные проишествия: то различные лишаи портили цвет шерсти, то когти и клыки были не так заточены. Помню один раз обнаружил в ухе своего любимца родинку - пришлось удалять. Помогла нитка и пару крепких ребят из клуба. С тех пор он запомнил на всю жизнь, что когда одевают намордник - будет больно. Однажды у Вольфа было растройство желудка, друзья посоветовали применить внутренний водочный компрес. Я держал челюсти ротвейлера, а Сашка вливал жгучую жидкость в пасть. Вольва потом пару раз вывернуло, но ему стало легче - целый день он не подходил ко мне - обиделся.
Мы как-то с первых минут враз сделались друзьями. Вместе смотрели футбол и болели за итальянский "Милан": он хрустел сухим кормом, а я пил пиво и жевал копчёный сыр, заплетёный в косичку.
Мне много приходилось бегать с Вольфом по утрам и вечерам, чтобы пёс был всегда в форме. Признаюсь, эти тренеровки зачастую меня сильно изматывали - порой приходя домой вечером после пробежки, кормил питомца и валился спать прямо в одежде, сил на то, чтобы раздеться просто не оставалось. Я не ездил на велосипеде, потому как Вольф любил, чтобы всё было по-честному.
Соседские мальчишки донимали его ездой на мопедах вдоль нашего забора. Вольф сначала мирно лежал на веранде, затем по-тихоньку начинал рычать, а потом и вовсе бросался к забору и неистово облаивал обидчиков. Со временем он так стал реагировать на любой транспорт.

Жизнь потихоньку проходила мимо нас, а мы с Вольфом были неразлучны, как и в первые дни нашего знакомства. В свои тридцать пять лет я оставался по-прежнему холостяком, всё не досуг было, а Вольфу исполнилось десять лет и его голову украсили седины.
В последнее время он заметно потяжелел, хотя это, как и прежде был грозный бойцовско-выстовочный пёс. На конкурсы он не проходил уже из-за возрастного ограничения.
Летом у меня выдался неожиданный отпуск, я взял Вольфа с собой и уехал к деду в деревню. Поначалу Ротвейлер боялся незнакомой местности, соседских собак, холодного ветра, который порой задувал с озера, но потом он пообвыкся и полюбил свой новый дом. По утрам мы с Вольфом ходили на озеро – встречать рассвет нового дня. Он ложился на берегу, уронив голову между передних лап, а я гладил его – так мы сидели и наблюдали за восходом солнца. По вечерам я садился в кресло-качалку, укрывался пледом, а Вольф ложился подле моих ног. Дед готовил шашлыки, и попутно рассказывал мне истории из своей молодости. Особенно я любил его рассказы о войне, которые частенько записывал в маленький кожаный блокнот.

Был самый конец августа. Жара стояла неимоверная. Мы с Вольфом отправились на озеро, где я кидал ему палку в озеро, а он разбрызгивая солёные брызги бросался за ней, и борясь с волнами, приносил обратно мне. Внезапно наш покой был нарушен раскатистым лаем. Вольф прижал уши и грозно зарычал. Прямо на меня из-за ближайшей дюны на меня нёсся огромный кавказец с обрывком цепи. Как позднее выяснилось, зверь оборвал цепь и сбежал от своего хозяина, и по роковой случайности направился прямиком к озеру. Я видел его налитые кровью глаза и ощущал горячее дыхание, как вдруг Вольф бросился наперерез чужаку и закрыл меня от удара своим упругим боком. На полном ходу чужак врезался в моего защитника и отлетел на пару метров назад, а Вольф остался стоять. Правда я знал какой ценой далась ему эта стойкость, об этом красноречиво говорил хруст в области рёбер.
Кавказец, собрав силы, повторил попытку и на мох глазах завязалась драка, кровопролитнее которой я не видел ещё в своей жизни. Я находился в каком-то мёртвом оцепенении, но между тем страшная сцена врезалась в мою память на всю жизнь. Когда подоспел хозяин кавказца,  решительно всё было кончено. Он застал нас в таком виде: я двумя руками тяну Вольфа за ошейник, а он не разжимая хватки, упёрся лапами в бок поверженного врага. Когда я понял, что сила не помогает, я принялся увещевать своего любимца. Он, наконец, отпустил горло мёртвого пса и отпрянул. Его глаза были затуманены, а шерсть на загривке стояла дыбом – его колотила мелкая дрожь. Впервые я видел его в  таком состоянии.

С того дня прошло около недели, а Вольф не мог ходить – его передняя левая лапа распухла, там где клыки кавказца оставили глубокие борозды – на сгибе и чуть выше. В добавок к этому он сам то ли от испуга, то ли от неожиданности прикусил язык, который загноился и причинял ужасную боль собаке. Я промывал раны моего чемпиона по три раза в день, использовал дорогие мази, перевязывал его лапу, а по ночам, когда больше не было сил слушать стоны моего любимца, давал ему сильнодействующие антисептики.
Вскоре лекарства закончились, и  мне пришлось ехать в город. Перед отъездом я попросил деревенскую гадалку погадать мне на дорожку. Вообще оккультизмом никогда раньше не занимался, но что-то заставило меня испытать судьбу в этот раз. Старуха нагадала всё то, что обычно говорят в таких случаях – любовь, разлука, дальняя дорожка. Но в конце карты сказали кое-что новое, от чего у меня защемило сердце – «Удар для дома». «Собака», - мелькнула у меня предательская мысль, но я постарался избавиться от неё и, заплатив гадалке за сеанс, вернулся домой.
Умные, по человечески добрые глаза Вольфа смотрели на меня с обожанием, но в них не было уже той искорки веселья и безмятежности. Я положил руку на его твёрдый лоб, он тут же сбросил её и попытался встать самостоятельно – не получилось. Он жалобно заскулил и успокоился только тогда, когда я дал ему напиться холодной, обжигающе-ледяной колодезной воды. Я гладил Вольфа и старался уверить его в том, что всё будет хорошо, что завтра же с лекарствами я вернусь, хотя сам я в это уже не верил, так как следовало бы. Он всё понимал – только не мог сказать. Его беспокойство передалось и мне. Я последний раз присел перед Вольфом на корточки и заглянул в его карие с тёмно-жёлтой окантовкой глаза, как тогда 10 лет назад, на пороге моей холостяцкой квартиры. Глубокая грусть и нежелание со мной расставаться сквозила во взгляде моего друга.
Едва сдерживая подступившие к горлу рыдания, я выскочил во двор, и заведя машину, умчался в город.

Всю ночь мне снились кошмары, а под утро, как рёв пожарной сирены, меня разбудил сотовый телефон. Раскидывая фотографии Вольфа, которыми была заставлена прикроватная тумбочка, я нашарил телефон и буквально прокричал в него:
- Слушаю!
Это был дед. Он сказал всего два слова, от которых моя постель сделалась холодной и неуютной. Я отказывался верить в то, что мой любимец умер. Одеваясь, я слушал в трубке сбивчивый рассказ деда.
Вольф умер через несколько часов после моего отъезда. Всю ночь дед пытался вызвонить меня, или на крайний случай родителей, но из-за накрывшей город грозы, не мог дозвониться. Он сказал, что вечером решил погладить Вольфа, но тот не отреагировал – тогда-то дед и понял, что случилось неповторимое. Вызванный посреди ночи деревенский врач, сказал деду, что сердце старого пса не выдержало испытанного в ходе драки шока.
«Да, что он понимает этот жалкий медик в белом халатике», - лихорадочно  думал я, пока гнал по утреннему и от того пустому шоссе, - «Просто Вольф устал ждать меня».
Я приехал через несколько часов после звонка. Вольф лежал на террасе на мягком пледе. Казалось, он просто спал, но его когда-то горячий и упругий бок, больше не вздымался от частого дыхания.
Вольф умер, не дожив до одиннадцати лет пары дней.

Две недели после этого я не выходил из дому – у меня случился нервный срыв и, врачи прописали постельный режим. Горькие слёзы раскаяния душили меня  всякий раз, как я вспоминал своего любимца. А по ночам, когда не шёл сон, я вспоминал свою серую жизнь и понимал, что Вольф ворвался в неё  как дуновение свежего ветерка в знойный вечер и раскрасил мои скучные холостяцкие будни всеми цветами радуги.

Вечная тебе память мой друг.

0

6

молодец...пиши и дальше,радуй нас своими работами ;)  :D  :D

0

7

Пасиб маэстро)))))))

0

8

:D  :D  :rolleyes:

0

9

Rivaldo,
мне очень понравились оба рассказа. Спасибо. :rolleyes:

Отредактировано NikitA (2005-08-31 15:20:29)

0

10

Спасибо тебе, что не оставила без внимания!!!))

0

11

Прочитала второй рассказ-прямо слёзы на глаза выступили.Я просто реветь готова!Игорь,такие рассказы-тягота для моего сердца.Но ты просто молодец.Если будешь писать подобные рассказы-все хозяева питомцев будут реветь,читая твои книги.

0

12

Первый ещё почитаю.

Отредактировано Сама по себе. (2005-10-28 22:22:18)

0

13

Всем спасибо за отзывы..... :wub:

Марин я кстати на такую тематику и пишу....не люблю хэппи-эндов..... :P

Вот решил тут свою мазню показать....тока я так как маэстро Теона не умею.....
Вот сижу как-то на уроке физики - скукота смертная...темы не понимаю...поболтать не с кем....и вдруг закоротило что-то....
ну вообщем вот....

Ночной причал
Ночь. Тишина. Причал.
Корабль на волнах играх
Белели отблески луны в воде,
Ты тихо говорила что-то мне.

Мы были вместе и вдвоём
Несчастье, горе - нипочём,
И томно говорил ручей:
"Придай её, уди скорей".

Но не расслышал я
Мольбы того ручья,
И вот судьба моя
Оставила меня.

Забылась боль, прошла любовь,
Но ты пришла и снова
Ловлю любое твоё слово
Всё это мне не ново - так знакомо.

Опять причал, опять река
Ночная тишина и пустота
И ты, и снова я у ног твоих,
А ты ушла, оставив только вихрь.

0

14

Как начинающий критик скажу что рифма хромает,но написанно очень красиво.Респектую.) ;)
Насчёт первого рассказа.Грустные концы у тебя замечательно получаються.у меня прямо глаза на мокром месте были.Так что молодчинка! good...

Отредактировано Сама по себе. (2005-10-29 17:48:19)

0

15

нееееее я воообще не стихоплёт.....проза - вот мой конёк.....и тот ржавый.....

0

16

Игорь,если потренеруешься,то всё получиться!Мы в тебя верим!Буду счаслива наблюдать восхождение юного писателя! dans...

0

17

Пассиб - постараюсь оправдать твои надежды!!!

0

18

Игорь, молодец... рассказы очень даже неплохие.... Мне понравилось!!!

0

19

Рива, мои тебе бурные аплодисменты. Слог понравился, читается легко.
А на "бис" пишешь? Ну если можно теперь что-нибудь про птиц и людей, с элементами мистики.

0

20

на бис??? Хм.....надо подумать.....
За слог спасибо - стараюсь.....

0

21

Лось в городе
Отрывок статьи из газеты «Обо всём»:

«… нарушителя спокойствия первым обнаружил на своём участке доблестный милиционер Вересаев. Он же вызвал службу спасения и позаботился о возвращении испуганного животного в его привычную среду обитания …» 

Из рапорта лейтенанта Вересаева:
«22 июня 2005 года мною, лейтенантом милиции, Вересаевым Александром Евгеньевичем, был задержан весьма неожиданный нарушитель общественного порядка – лось. Каким образом животное попало в город, мне не известно, но на лицо факт нарушения статьи ***, пункт Б, где говорится, что дикие животные не имеют права находиться на улицах города и мешать движению транспорта. Опираясь на это утверждение, я попытался отконвоировать нарушителя за пределы города. После нескольких часов борьбы животное сдалось и, было отправлено в родные леса».

Один случай из жизни автомобилиста
Ресторан. Столик в углу. Двое старых друзей оживлённо болтают:
- Послушай Мишка, что я тебе сейчас расскажу.
- Опять, наверное, новые фары разбил или свечи поменял, а, может, глушитель снова отвалился?
- Нет, что ты! Это не имеет ничего общего с ремонтом моего железного коня.
- Валяй, рассказывай.
- Возвращаюсь я, значит, сегодня с работы домой. Проголодался. Решил перекусить. Остановил машину возле ближайшего продуктового ларька и встал в очередь. Продавщица, стройная бойкая блондинка, хорошо справлялась со своей работой. Вскоре я уже стоял напротив заветного окошка. Ты не поверишь, но когда я попытался озвучить свой заказ, в окошко высунулась лосиная морда.
Я, естественно, с перепугу забыл, что хотел сказать и только молча наблюдал за тем хаосом, что творился внутри ларька. Молодая блондинка истерически визжала, а ошалевшее от страха животное крушило все витрины и полки. Откуда взялся вдруг в городе лось и как он очутился в продуктовом ларьке, я, конечно, понятия не имел.
Неожиданно на пороге ларька появился коренастый крепыш-милиционер. Он, как Александр Матросов, грудью кинулся на амбразуру, бросился спасать девушку. Из ларька он выбрался уже верхом на лосе. Как умелый ковбой, лейтенант пригнулся к уху своего «скакуна» и прокричал ему: «Именем закона приказываю остановиться, или я приму меры! Вы имеете право…..». Но закончить свою речь ему не удалось, строптивый лось даже ухом не повёл. Когда лихая парочка скрылась из виду, на пороге ларька появилась блондинка. Осторожно шагая, будто пробуя свои силы, продавщица помахала в воздухе настоящим милицейским удостоверением.
- Гражданин, куда делся лейтенант Вересаев? Он тут свои документы обронил, - сказала она, глядя на меня.
Через пару минут мои белые «Жигули» уже мчались по главной улице города, по направлению к частному сектору (именно туда «ускакал» Вересаев). Рядом со мной сидела Света, так звали блондинку. Он рассказала мне, что Вересаев конечно, герой, но без удостоверения его в управление не пустят.
Как ни старался сохатый, машина всё же быстро нагоняла беглецов. Среди маленьких, тесно прижатых друг к другу домиков, лося легко было потерять. Он то исчезал в гуще зеленеющих садов, то выныривал едва ли не под колёсами автомобиля. Тому, что вытворял на двигающемся животном героический лейтенант, позавидовали бы даже Юрий Никулин и Чарли Чаплин. В особо напряжённые минуты Света закрывала лицо ладонями и сквозь пальцы наблюдала за происходящим. А лейтенант Вересаев, похоже, забыл, что ему нужно остановить животное и с неподдельным интересом осваивал новую профессию наездника. Лось думал по-другому. Когда впереди вновь замаячили пятиэтажки, он на полном ходу свернул налево. Бедный лейтенант, не ожидавший такого коварства от ставшего уже почти родным лося, не удержался и ухнул с его спины вниз. Но наша милиция славится своими кадрами. Подъём с переворотом, который выполнил Вересаев, держась одной рукой за рога лося, не смог бы повторить ни один гимнаст мира.
Петляя между гаражами-ракушками, загнанное животное наконец-то угодило в тупик, зажатое с одной стороны стеной гаража, а с другой – железным боком машины. Трезво рассудив, что кидаться на «Жигули» - себе дороже, лось просто рухнул без чувств. Как и полагается в таких случаях, вызвали ветеринара. Оказалось, что лось испытал нервное потрясение. При помощи спасателей животное поместили в милицейский «Уазик» и отвезли в лес, где благополучно отпустили на свободу.
Ресторан взорвался от аплодисментов. Оказалось, пока автомобилист-любитель рассказывал Мишке эту смешную историю, вокруг собрались все посетители и обслуживающий персонал заведения.
- А что с Вересаевым? – спросила с улыбкой молодая женщина, мать двоих прелестных мальчуганов.
- Да, вот сегодня мы со Светой собираемся отнести ему в психиатрическую клинику приказ о присвоении звания майора, - смущённо улыбнулся автомобилист.

26ноября 2005 года

Отредактировано Rivaldo (2005-11-26 13:33:34)

0

22

Вот в продолжении темы написал.....
Только-только.....
Даже не перечитывал ещё сам....

Я не хочу без тебя жить.

Мы как-то сразу сдружились с храбрым милиционером-крепышом. Вместе со Светой мы навещали капитана Вересаева каждый день. Уж больно понравился бравый страж порядка молоденькой продавщице, ну а меня с ним связывала любовь к автомобильным штучкам.
Один раз Вересаев, лёжа на больничной койке, загадочно посмотрел на меня и сказал:
- Не верьте женщинам, они – источник всех бед.
- Изволь объяснить, что ты под этим подразумеваешь, - Света уже без стеснения звала Александра Евгеньевича на «ты».
- В моей жизни был один случай, вернее с моим братом, - поправился капитан, - так вот женщина сломала ему жизнь.
Было это давно. Я тогда ещё только заканчивал Милицейскую Академию, а мой брат – Николенька, только отпраздновал двадцатилетие и вступил во взрослую жизнь. Мы с ним совершенно непохожи. Он высокий, стройный, глаза как два изумруда, волосы светлые и вьющиеся. А я – так «гадкий утёнок». Он и у девушек пользовался большим спросом, чем я. Колька, он ещё шибко умный. Такие рассказы с самого детства писал – зачитаться можно. Он уже с первого класса для себя решил, кем станет в будущем. И на расспросы родителей и знакомых, по-взрослому лаконично и ясно отвечал: «Журналистом». Задался целью – так трудись над её выполнением. Но братишка мой всегда был ветреным и беспечным. Он порой не делал уроков вовсе, но за счёт отменной памяти отвечал всегда на «5». История и литература - его конёк. Тут он мог спорить часами.
После школы он подал документы на отделение русской журналистики и с треском провалил вступительный экзамен. Разозлился, сказал, что старики из комиссии ничего не смыслят в журналистике. Ему повезло. Друг отца был членом приёмной комиссии. Он-то и настоял на пересмотре вступительной статьи абитуриента Вересаева. Во второй раз статья была оценена как надо – и Николай был зачислен.
Первую сессию он сдал отменно и получил стипендию. Тут наступили новогодние каникулы, и мы всей семьёй поехали на дачу к тому самому другу нашего отца. Это был лучший Новый Год в жизни Кольки. Там он познакомился с Лерой, дочерью Михаила Львовича. Ей было 35 лет. Родители сразу заметили как изменился Коленька (так ласково его называет мама) после визита к Колчиным. Попросили меня на правах старшего брата поговорить с Колей и выбить эту дурь из его головы. Так они выразили свой протест против встреч мальчишки с уже состоявшейся женщиной.
В свои 35 Валерия была чертовски хороша. Спортивная, стройная, темноволосая – пара для Кольки. Вокруг неё было множество поклонников, но всех их она отшивала. Побывав замужем, она одна растила дочь, которую легко можно было записать Кольке в сёстры. Главным её критерием для настоящего мужчины являлось наличие денег и всех удобств. Лера отвергала все мысли о том, что ей придётся коротать свой век с каким-нибудь романтичным слесарем. Деньги первого мужа испортили её и она уже не могла существовать без них. Когда жить в нашем провинциальном городке стало невыносимо, Лера засобиралась в столицу. Заставив продать своих родителей большой двухэтажный дом, она внесла деньги за квартиру в самом центре Москвы и начала готовиться к переезду. На мольбы дочери, она не реагировала, а с бывшим мужем не хотела даже встречаться. Он спешно сжигала все мосты, которые, могли удержать её здесь.
Последним и самым прочным звеном цепи, приковывавшей Леру к нашему городку, был Николай. За время их недолгих встреч она прониклась к нему, как она сама говорила, материнским чувством и не могла так просто оставить Кольку одного.
Как ни тяжело было для неё расставание, она твёрдо решила уехать. А брат переживал, предпринимал попытки к самоубийству (к счастью всегда неудачные), которые несколько оттягивали отъезд. Но вот день был назначен. На 6 декабря Валерия купила билеты до Москвы.
На кануне отъезда Коля повёз Леру в гости к её подругам, которые жили в пяти километрах от города. День был холодный и ясный. Дороги были покрыты инеем. Выехав за пределы города, Коля сбавил обороты, отстегнул ремень безопасности и, повернувшись к Лере, с искажённым болью лицом сказал:
- Я не хочу проснуться однажды и понять, что больше не увижу тебя, - потом он резко открыл дверцу своего «Опеля» и вытолкнув Леру из машины, нажал на газ. Машина взревела и стала набирать скорость. Пошёл дождь. И без того скользкая дорога превратилась в колею смерти.
Лера, сидя на коленях в грязи, обхватила голову руками и плача наблюдала за происходящим. Колька выбрал место идеально. Он был на «Стреле» (Прямой участок шоссе между двумя городами). Машина, быстро набирая скорость, виляла из стороны в сторону. Но мой брат был отменным водителем. В свои 20 лет он мог обставить любого гонщика. Колька крепче сжал руль и выдавил из машины максимум скорости. Затем всё для Леры слилось в сплошной чёрно-белый фильм. «Опель» на полном ходу врезался в росший у дороги вековой дуб. Удар был такой страшной силы, что машину сплющило в гармошку.
Кто-то из проезжавших мимо водителей вызвал службу спасения. Когда подоспели спасатели машина начала дымиться. Около получаса команда людей боролась за Колькину жизнь. Именно жизнь потому, как когда его извлекли, из груды метала, сердце его ещё билось.
Двенадцать часов врачи бились за спасение моего брата, и они выиграли эту битву. Хотя никто не знает, как было бы лучше. В результате аварии Колька потерял зрение, отказали ноги. В двадцать лет он стал инвалидом. Карьера успешного журналиста и просто жизнь молодого парня была перечёркнута.
А Лера, не уехала в Москву. Она осталась с Колей. Только после трагедии она поняла, как сильно его любит. Сейчас они живут втроем, вместе с её дочерью, в солнечной Флориде. Но Валерия глубоко несчастна. Всякий раз как она пытается заговорить с Николаем, он  отворачивается от её заботливого лица и хмурится. Да, осколки старой любви не склеишь.

Когда Вересаев закончил свою историю, на улице уже давно стемнело, а назойливый дождь барабанил по подоконнику. Света отёрла невольно набежавшие слёзы и сказала как можно добрее:
- Сашенька, нам пора. Мы завтра придём. Ты береги себя, ладно?

7 декабря 2005 года

0


Вы здесь » ФОРУМ » Арт - студия » Кабинет Ривальдо